Сказ про Егора

Милый! — шептала она. — Милый, как же я тебя хочу. Это же просто пиздец какой-то, как хочу.

Когда она целовалась, то напоминала Егору кошку, вылизывающую новорожденных котяток. Языком и губами размазывала по его лицу — помаду, слюну, липкий пот. Егор потел. Наверное, все-таки от страха.

Женщина была пьяна. Егор — тоже. Знакомство он еще смутно помнил. В пивнухе, где раньше кинотеатр был. А вот имя вылетело из головы. Оля — не Оля? Или Наташа? Спрашивать было уже поздно.

Квартира была ее. Что хуже всего — здесь же жил и ее мужик. О нем Егор знал только то, что тот — извращенец и чмо. Но здоров, как кабан. И еще, что он пошел куда-то бухать.

Егор был не настолько пьян, чтобы не догадываться: его банально используют. У баб это бывает — ебутся, чтобы мужику своему насолить. Вот и эта, похоже, из таких.

Она тяжело дышала, расстегивала его куртку, срывала с него свитер, рвала пуговицы на рубашке. Обнажился торс. Женщина размазывала языком по его телу смесь слюны, помады и пота. Губы ее опускались все ниже. Кожа у Егора стала, как у ощипанной курицы, — такой же пупырчатой. Набух, стал истекать липким соком хуй.

Ее пальцы терзали молнию на его брюках. Застежка не скользила, зацепилась за ткань. Но все же, в итоге, поддалась.

Когда женщина затолкала его хуй в рот, Егор вдруг вспомнил, что ее зовут Настей. Она жадно урчала. Казалось, не сосала, а обгладывала.

— Настя… — прохрипел он. — Настя! Пойдем в кровать. Тут же есть кровать, Настя?

Но Настя (или кто она там на самом деле) не отвечала. И Егору пришлось пятиться. Впотьмах, по незнакомой квартире. За спиной что-то грохотало, под подошвами ботинок хрустели осколки чего-то хрупкого.

Когда-то Егор очень впечатлился повестью Хемингуэя «Старик и море». Она была о том, как дед поймал огромную рыбину. Сейчас Егор чувствовал себя героем этой повести. Только вместо удочки был хуй, а «рыбу» можно и нужно было срочно ебать.

Настино урчание переросло в рык. Она толкнула Егора в грудь. Удержать равновесие не получилось. Егор упал. Слава богу, на что-то мягкое. Вот она, кровать…

Пока он падал, дамочка невзначай прикусила головку. Егор взвыл от боли. И вообще, рот у дамочки был маловат. Или это Егоров хуй разросся до таких размеров?

Он подхватил Настю под мышки. В темноте принялся сдирать с нее джинсы, трусы. Резко и быстро, дорожа каждой секундой. Хуй вошел легко, его чувствительную поверхность тут же окатило приятным жаром. Тепло охватывало крестец, поднималось по спине к мозгу. Настя орала от удовольствия, а Егор чувствовал себя большим, мохнатым хищником.

— Хр-р, — говорил он в такт движениям тела. — Хр-р… Хр-р…

Разогнаться Егор не успел. На пятом или шестом толчке он услышал шаги. А потом предпринимать хоть что-то оказалось уже поздно. Шаги приблизились. Вспыхнул свет. «Извращенец и чмо» оказался даже здоровее, чем представлял Егор.

Он сам не знал, как успел вскочить, неловко манипулируя ногами, что путались в брюках. Егор понял, что чувствуют те, кто проигрывает эстафету по бегу в мешках.

Когда Настин мужик стал его пиздить, Егор не сопротивлялся. Надеялся, что не до смерти…

***

…Аня набросилась на Егора прямо в прихожей. Рукой схватила за яйца, зубами за ухо. Запустила в ушную раковину юркий язычок. Поволокла к кровати.

— Э, нет! — сказал Егор. Осторожно высвободился из ее хватки, направился к двери, закрыл на замок.

Все эти мужья как сговорились. Чтобы приходить конкретно сразу после того момента, как Егор определял хуй в соответствующее отверстие на телах их женщин. Или это Егор был неудачником?

Нынешний мужик никогда бы и не подумал, что кто-то ебет его бабу, если бы она не орала таким дурным голосом. Так что грех было не догадаться. Мужик выломал деревянную дверь. А Егор не успел даже спрятаться.

Муж оказался каким-то там каратистом. Так что пизды Егор получил даже сильнее, чем в первый раз.

***

…Хотя Лена и волокла его в спальню, Егор не забыл проверить засов. Подобрал с пола одежду. Не стоило ей валяться в прихожей. Около кровати достал из кармана моток скотча.

— Это будет моя прихоть, — объяснил он, заклеивая Лене рот липкой лентой.

На этот раз прошло почти без огрехов. Когда некстати пришел муж, Егор даже успел спрятаться вместе с одеждой в шкафу. Все бы, глядишь, и обошлось, но подвела пыль, которой в его укрытии оказалось просто чересчур много. Егор крепился, как мог, но все-таки расчихался.

Получая пизды, делал выводы.

***

…Сидя в шкафу, Егор дышал тихо, через кусок марли, прижимая ткань к носу. Подвело его то, что муж оказался с собакой. И эта гнусная тварь, конечно же, унюхала чужака.

Егор опять делал выводы…

***

Собаки в доме не оказалось. Зато вместе с папой заявился назойливый и писклявый ребенок. Куском колбасы из кармана его симпатию к затаившемуся чужаку было, увы, не купить.

Когда ребенок доложил отцу, что дядя из шкафа тыкал ему в нос колбасой, разразилась буря.

Выводы были сделаны серьезные. При себе надо иметь конфеты…

***

…И еще, пожалуй, пиво. Его следовало ставить в холодильник. Чтобы муж, неожиданно придя домой и услышав от жены о том, что есть свежее пиво в запотевшей бутылке, направлялся бы первым делом на кухню. Это здорово отвлекало внимание. Однажды. когда Егор воспользовался таким приемом, ему почти удалось ускользнуть…

***

И, конечно же, включать телевизор. Создавать, так сказать, шумовую завесу…

***

И все-таки не баловаться с виагрой. А то что это такое: тебе дают пизды, а у тебя — колом?..

***

Оставлять включенным свет на кухне…

***

Со значением раздавать сотенные купюры бабкам-сплетницам на лавочке у подъезда…

***

Отключать, наконец, на это время мобильный телефон…

***

Холодильник для игры в прятки категорически непригоден. Хотя бы из-за того, что когда из ноздрей растут сосульки, соприкосновение с кулаком оказывается болезненным.

***

Одеваться в дешевое. Его хоть не так жалко…

***

— Ну, заходи же, — говорила Марина.

Егор не торопился, озирался. Пока она его целовала, изучал пути отхода. Дверь деревянная — это хуево. Санузел раздельный. Ванна справа. Шкаф вместительный.

Спальня. Посмотреть под кровать, убедиться, что под нее можно протиснуться. Есть выход на балкон. Прыгать, если что, невысоко. Всего-навсего второй этаж.

Теперь… Поставить пиво в холодильник. Проверить карманы пиджака. Марля и скотч — в нагрудном. В правом — завернутая в газету колбаса. В левом — конфеты.

Отлично. Достаем скотч. Объясняем:

— Это моя прихоть…

В кои-то веки Егору казалось, что уж теперь-то он сможет сделать свое дело, и уйти без последствий. Убедиться, что в его голове уже разложены по полочкам все нужные выводы.

Наверное, он просто переволновался. Почему-то сейчас его хуй упорно не хотел принимать боевую позицию. Хуй словно говорил Егору что-то вроде: «Да ладно тебе, братишка! Все равно ведь пизды получишь. К чему напрягаться?»

«Но-но! — мысленно прикрикнул на него Егор. — Работай давай!»

«Да на хуй надо! — огрызался хуй. — Яйца-то — не казенные!»

Егор зажмурился, пытаясь спроецировать на экран сознания какую-нибудь возбуждающую страсть картину. Виделась, однако, лишь череда разъяренных, скалящихся мужиков.

Егор открыл глаза, когда Марина зашевелилась под ним. Она, кажется, была в раздражении. Дамочка отлепила скотч с губ, двумя пальцами, будто брезгуя, потеребила вялый Егоров отросток:

— Что это?

— Но, Марина… Кгхм! Как тебе сказать? Ну, понимаешь…

В дверь вполне предсказуемо зазвонили. Егор заметался. В ванную? На балкон? Нет, пожалуй, все-таки в шкаф…

Из прихожей слышалось покаянное:

— Игорек! Ну, прости меня, дуру! Нашло что-то, не знаю что… В шкафу он…

***

По улице шел отпизженный человек, то и дело вытирал кровь, что хлестала из разбитого носа. Человек говорил сам с собой:

— Вернуться к виагре? Да нет, не стоит. Тем более, если по яйцам переебут… Надо сметанкой заправляться. Точно! Сметанкой… Ага! Делаем выводы…

© LoveWriter

Добавить комментарий